
Домик Карлсона на Шаболовской
Не избушка и не терем, а белый, легкий, просторный пентхаус на Шаболовке, обустроенный дизайнером Ксенией Никитиной для своей семьи, стал идеальным вместилищем коллекции артефактов крестьянского быта Русского Севера и живописи XX века."Коллекционерами не становятся, ими рождаются. Это я знаю точно. Сама этим болею. Просто сидит внутри какой-то неугомонный бес, щекочет, щиплется и заставляет каждую субботу в дождь и снег, бросив все дела, а главное, теплую постель, спешить на барахолку или аукцион (кому что по карману, хотя по сути атмосфера и персонажи различаются не сильно) и вести охоту за сокровищами."Ксения Никитина и ее муж Алексей охотятся давно. Особенно Алексей. Но настоящая игра началась, когда в 2003 году они побывали в Вологодской области и там в подклети Ферапонтова монастыря впервые столкнулись с большим собранием предметов крестьянского быта, открыв для себя, какими красивыми и разнообразными могут быть прялки и сундуки. "В этот момент нас торкнуло, — говорит Ксения. — Советская агитационная машина сделала ставку на палех, гжель и хохлому — промыслы броские, но не единственные, а все изыски были на севере, куда монголо-татары не дошли. Там существовало порядка пятидесяти центров росписи. Наша коллекция позволяет всю эту карту Русского Севера изучить с точки зрения узоров. Вначале мы купили пятьдесят прялок и сундуков, но все раздарили друзьям. Заказали еще пятьдесят, а нам по цене пятидесяти привезли триста. И пошло-поехало...

Мы покупали, выискивали, покупали... И только когда собрали довольно крупный пласт, открыли первую выставку и выпустили каталог, то поняли, что у нас полторы тысячи прялок, нас обгоняет только императорская коллекция Русского музея, зато уступает Исторический музей. А по конским дугам вообще впереди планеты всей. Расписные конские дуги — большая редкость, у нас их сто двадцать, и ближайший конкурент — опять же Исторический музей. Но там их около тридцати, и теперь нас вряд ли кто-то догонит. Раньше на деревню была только одна такая дуга. Если прялка для крестьянской девушки — все равно что сумка Gucci, то конская дуга — это Maserati. Еще один важный момент для нашего коллекционирования — русские узоры стали основой и для "Бубнового валета", и для Наталии Гончаровой, выставка которой сейчас открылась в Третьяковке, и для многих наших авангардистов."
Читайте подробнее на snob.ru

Ответы на вопросы. Домик Карлсона на Шаболовской
Да, и это очень важный выбор — найти дизайнера и строителя по рекомендации. Ремонт — большая проблема и сложная задача, поручать её стоит только тому, кто был проверен. Мы видим, что получается на реальных проектах, дорожим своими рекомендациями и знаем, от кого приходят позитивные отклики. Честно скажу: по рекламе вы не сможете выбрать того, кем наверняка будете довольны. Это не обязательная часть сделки, но многие клиенты её ценят — Петербург особая архитектурная среда, и работа с интерьером здесь требует понимания контекста.
Обычный срок сделки — около трёх недель. Примерно неделю ведётся согласование предварительного договора и внесение обеспечительного платежа, чтобы прекратить рекламу и начать готовить сделку. Ещё неделя уходит на подготовку документов и саму сделку. Покупателю в это же время обычно нужно подготовить и аккумулировать деньги.
Если речь о покупке у застройщика, сделку можно подготовить и провести за 2–3 дня. Бывают и другие ситуации: покупателю нужно несколько недель или месяцев, чтобы собрать сумму. Он вносит часть суммы, чтобы обеспечить право приобретения объекта и получить зеркальные гарантии от продавца, что объект будет продан именно ему. В элитной недвижимости встречаются абсолютно различные варианты — всё индивидуально.
VIPFLAT 20 лет работает с VIP-клиентами. Они часто закрыты и не публичны — мы понимаем, что такое конфиденциальность, и мы её обеспечиваем. Исключение составляет ситуация, когда сам клиент хочет публично заявить о сделке, что тоже часто бывает: это дополнительный PR.
Должны предупредить: часть объектов вы сможете посмотреть, только предъявив документы и дав краткое резюме о роде вашей деятельности и источниках происхождения денег. Это объяснимо. Думаю, если бы вы были жильцом некого приватного дома, то были бы рады такой проверке новых соседей.
У покупателя элитной недвижимости уже есть жильё — и не одно. Он не решает задачу «где жить» — у него нет это боли. Он покупает действительно то, что его вдохновит. Отсюда другая логика выбора — спокойная, без компромиссов и торопливости.
За проверкой объекта мы обращаемся в юридические и страховые компании, где это делается профессионально и масштабно. Дополнительно рекомендуем проводить сделку нотариально: нотариус отвечает своим имуществом за утрату права собственности покупателя. Стоимость нотариального удостоверения составляет не более ста тысяч рублей — для сделок такого уровня это разумная страховка.
В элите далеко не всё есть в открытой рекламе, и это объяснимо: часть наших клиентов не хочет, чтобы кто-то знал, что они планируют продавать жильё. Другая часть осознанно выбирает закрытую продажу — она очень эффектна, потому что интрига привлекает. Обращайтесь к своему брокеру, кто работает в этом сегменте рынка. Встретьтесь с ним — и вы поймёте рынок и всё, что на нём реально может быть в продаже, а не только в рекламе.
Показательный факт: строительные компании продают через брокеров 50–75% квартир. Мы сами не всегда понимаем, почему так много, — но причина та же, с которой сталкивается любой покупатель: на него несется огромное количество предложений и слов, нужно самому понять, что действительно ценно, что подходит вам, кто говорит правду, а кто нет. Всегда нужен человек, который играет на вашей стороне.
Обычно поиск начинают самостоятельно, но через несколько недель наступает разочарование, опустошение, путаница. В этот момент и выбирают того, кто поможет найти ту квартиру, которая будет доставлять радость многие годы. Плюс открытый рынок — лишь меньшая часть реального предложения: самые интересные объекты в элитном сегменте продают закрыто, через профессиональные контакты.























